Москва Москва
13 марта 2018, 18:55 нет комментариев

«Это же полиция — все слушают свое руководство». Почему в избиении подчиненного начальником в отделе МВД не нашлось состава преступления

Поделиться

Фото: Юлия Лорис / «Коммерсант»

Сотрудник патрульно-постовой службы в аэропорту Домодедово Дмитрий Понкратов пришел на работу в свой выходной и был избит собственным начальником — по одной версии, из-за того, что был пьян, по другой, из-за скверного настроения командира. После этого избитого полицейского уволили из органов внутренних дел вместе с его супругой, служившей с ним в одной роте.

Отгул

Дмитрий Понкратов поступил на службу в линейное управление МВД в аэропорту Домодедово в 2007 году. Девятью годами позже, когда 32-летний мужчина работал в должности полицейского отдельной роты патрульно-постовой службы, заместителем командира роты стал капитан Александр Чернышов. Понкратов говорит, что новый руководитель оказался вспыльчив: на разводах он часто срывался на мат, а как-то раз пошел драться с подчиненным один на один. После этого инцидента младшему по званию полицейскому пришлось уволиться.

Первый и единственный конфликт самого Понкратова с Чернышовым произошел 13 апреля 2017 года. В тот день у Дмитрия был выходной. По его словам, рано утром он вместе со своей будущей женой Натальей Королевой, служившей в той же роте, сел в автомобиль и отправился в Домодедово, чтобы встретить сестру, прилетавшую из Германии. В пути, утверждает Понкратов, его застал звонок пожилой матери — та пожаловалась на плохое самочувствие и попросила сына приехать. Жила она в городе Рассказово Тамбовской области. В аэропорту Королева позвонила Чернышову и попросила о личном приеме, чтобы Понкратов мог взять отгул. Начальник согласился. Будущие супруги поднялась на пятый этаж аэровокзального комплекса и, миновав узкий коридор, около 07:00 были на пороге кабинета Чернышева. Кроме хозяина там находился командир взвода Старков; поздоровавшись с ними, он вышел, утверждают Дмитрий и Наталья.

«Я объяснил Чернышову ситуацию, что нужен отгул, что тяжело больна мать, на что тот отреагировал очень негативно — что ему некогда, что ему надо идти на построение, что заменять меня будет некому, и стал выталкивать меня из кабинета. Получилось, что мы оказались в узком коридоре, а супруга моя шла позади. Я еще раз обратился к нему, но он никак не отреагировал и продолжил толкать меня. Когда я продолжил говорить про мою ситуацию, он в какой-то момент остановился, развернулся и занес руку где-то на уровне моего пояса. Мне показалось, что он хотел меня ударить, на что я попросил его успокоиться», — уверяет Понкратов.

По его словам, после этого Чернышов сделал два шага назад, достал свой мобильный телефон, включил видеосъемку, направил камеру на Понкратова и несколько раз повторил: «Это что, нападение на сотрудника полиции?». Услышав очередную просьбу успокоиться, утверждает Понкратов, Чернышов снял фуражку, которую вместе с телефоном взял в правую руку, немного наклонился и нанес резкий удар в левый глаз починенного. «В глазах потемнело, я на секунду отключился, упал, а он продолжил наносить удары в лицо, сидя на мне. Моя супруга стала кричать, тогда появились два сотрудника уголовного розыска, которые его оттащили — позже они еще сказали, что если бы они этого не сделали, то он бы меня, наверное, убил», — говорит Понкратов. Освободившись, он с окровавленным лицом побежал к лестнице и стал спускаться вниз, однако замкомрты, воспользовавшись лифтом, догнал подчиненного в фойе аэровокзального комплекса, повалил его на пол, вместе с коллегой заковал его в наручники и отвел в дежурную часть, где написал заявление по статье 318 УК (применение насилия в отношении представителя власти) на самого Понкратова и вернулся в кабинет.

В дежурной части Понкратова опросили — однако из-за травмы отвечал он путано, и деталей, по его словам, вспомнить уже не может. Затем его отправили к фельдшеру, но тот не смог остановить кровотечение. Тогда, говорит Понкратов, он решил самостоятельно добраться до больницы и вызвал такси, но в пути вспомнил, что не взял с собой паспорт и попросил водителя заехать к нему домой. Там он взял документ, выпил водки, чтобы, как объясняет полицейский, унять боль, и вернулся в машину.

В больнице — единственной в Домодедово — Понкратова уже ждали начальник отдела кадров Невзоров, руководитель отдела уголовного розыска Слизский, глава оперативно-сыскного отдела Ладыгин и командиры двух взводов — Старков и Гузер. Сделав снимок, врачи поставили диагноз: «Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Перелом костей носа со смещением. Перелом левой верхнечелюстной пазухи с незначительным смещением». Понкратова положили в стационар, где он написал заявление о совершении в отношении него преступления по части 3 статьи 286 УК (превышение должностных полномочией с применением насилия). В больнице полицейский пролежал чуть больше недели и вернулся домой.

Дмитрий Понкратов. Фото: личный архив

Алкоголь

Материалы проверки, проведенной по обоим заявлениям — Чернышова по 318 УК и Понкратова по статье 286 — поступили следователю по особо важным делам Московского следственного отдела на воздушном и водном транспорте управления СК Фадееву. На допросе Чернышов рассказал, что тем утром Королева позвонила ему, сообщив, что у нее «какие-то проблемы с коммерсантами», и попросила обсудить их при личной встрече. На встречу она пришла вместе с Понкратовым; оба, по словам замкоморты, «были в состоянии алкогольного опьянения». Как говорится в протоколе допроса Чернышова, когда он сказал, что не собирается разговаривать с нетрезвыми подчиненными, Понкратов якобы стал хватать его за форму и настаивать на разговоре, «не сообщая его суть», а затем так потянул за куртку, что порвал на ней рукав.

«[В коридоре они] продолжали требовать поговорить с ними. Понкратов цеплялся за него руками, мешал пройти. В какой-то момент Понкратов преградил ему дорогу и ударил правой рукой в центр подбородка. В результате удара он чуть отступил назад и машинально ударил в ответ, попав Понкратову в нос, а затем надавил подчиненному на плечо, заставив его сесть, после чего подбежали полицейские Кочепасов и Кабанов, которые подняли сотрудника ППС, после чего тот убежал. Почему Понкратов его ударил, он не знает, никакого острого момента в их разговоре не было, оскорблений в адрес друг друга они не высказывали», — приводил показания Чернышова следователь Фадеев. Согласно протоколу, догоняя Понкратова, замкомроты успел позвонить своему подчиненному Старкову, — именно с ним супруги столкнулись в дверях кабинета начальника — и вдвоем они задержали полицейского.

О том, что Понкратов был нетрезв, говорится в объяснении, взятом с него сотрудником дежурной части в аэропорту. Говорят об этом и свидетели. Из объяснений находившегося в кабинете Чернышова командира взвода отдельной роты ППС линейного управления Старкова следует, что супруги «были в состоянии алкогольного опьянения, вели себя и разговаривали дерзко и развязно, посмеивались». Оперуполномоченный из отдела по борьбе с преступными посягательствами на грузы Абидоков отметил, что Понкратов был пьян, когда прибыл в медпункт аэропорта. Начальник отдела по работе с личным составом Невзоров утверждал, что разговаривал с пьяным сотрудником ППС уже в больнице — тот якобы просил скрыть произошедший конфликт, а услышав, что сделать это не получится, стал кричать, что добьется увольнения Чернышова. Говоря об опьянении Понкратова как о доказанном факте, следователь ссылается на акт судебно-химического исследования, согласно которому в крови и моче полицейского было обнаружено 2,1% и 1,4% этилового спирта соответственно (легкая степень опьянения).

Помимо Королевой, единственным опрошенным сотрудником управления, который не упоминал, что Понкратов был пьян, стал оперативник оперативно-сыскного отдела Кабанов, разнимавший драку вместе со своим коллегой Кочепасовым. При этом сам Кочепасов и вовсе не был допрошен. Понкратов обращает внимание на то, что материалы для исследования его крови и мочи, согласно документу, были взяты в 10:45 — то есть уже после того, как он якобы выпил у себя дома.

«Поскольку проверка проводилась самим линейным управлением, они специально сделали так, чтобы сделать из меня пьяного. На самом деле в первых моих объяснениях полицейский из дежурки сам написал, будто я пьян, дополнив своими словами, а проверять меня не стали, потому что я трезвый был. Я ехал за рулем, меня даже останавливали сотрудники ДПС, но их почему-то никто опрашивать не стал. Если я был в состоянии алкогольного опьянения, то почему они меня там же не взяли и никуда не отвели, не продули, на освидетельствование не отправили, почему это только спустя четыре часа случилось? Ну а остальные все сотрудники говорят о запахе алкоголя потому, что они играют так, как требует руководство. Они, естественно, по-другому не скажут никак, потому что они знают, что их также будут гнобить на работе. Это же полиция — все слушают свое руководство, потому что могут уволить, а они тоже хотят работать дальше», — уверяет он.

Сам Чернышов в качестве доказательства якобы пережитого насилия приложил к своему заявлению по статье 318 УК врачебную справку той же домодедовской больницы, согласно которой у замкомроты была зафиксирована закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга и подкожные гематомы волосистой части головы. При этом ни один из свидетелей не говорит о том, что Понкратов избивал начальника. Сам полицейский считает, что тот за взятку получил справку у одного из врачей либо добыл ее другим незаконным путем. Тем не менее, для разрешения обоих заявлений она не пригодилась — следователь не нашел в конфликте полицейских состава преступлений ни по 318-й, ни по 286-й статье и не стал назначать судмедэкспертиз.

«Основным объектом преступления, предусмотренного статьей 318 УК, является нормальная деятельность органов власти. [Однако] насильственные действия Понкратова в отношении Чернышова, согласно заявлению последнего, были совершены не в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, а на почве личных неприязненных отношений. <...> Основным объектом преступления по статье 286 УК является нормальная деятельность государственного аппарата власти и управления. <...> То есть сотрудник полиции, применивший насилие в конфликте, который возник на почве личных неприязненных отношений, вне какой-либо связи с возложенными на него служебными обязанностями, может нести уголовную ответственность как частное лицо», — рассудил Фадеев. В результате 27 мая он вынес постановление об отказе в возбуждении уголовных дел по обоим заявлениям.

Дмитрий Понкратов. Фото: личный архив

Проверка

Чернышов не стал обжаловать постановление об отказе в возбуждении уголовного дела или писать новое заявление — в отличие от Понкратова, который попросил специалистов главного военного клинического госпиталя имени Бурденко провести независимую экспертизу по его травмам. Врачи госпиталя подтвердили диагноз, поставленный полицейскому в домодедовской больнице, и определили степень повреждений как вред здоровью средней тяжести. Тогда Понкратов вновь обратился в Следственный комитет — на этот раз с заявлением по статье 112 УК (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью). Однако в ведомстве посчитали, что такая квалификация входит в компетенцию дознания и передали материалы дознавателю Катасоновой из того же линейного управления МВД в аэропорту Домодедово, в котором и произошел конфликт.

«То есть фактически коллеге Чернышова перекинули это дело, поэтому, когда я пришел со своей экспертизой из Бурденко, она мне сказала, что у меня своя экспертиза есть, чужая не нужна. Провели свою — та показала, что вред здоровью был только легкой степени, и вместо 112 УК возбудили дело по еще более легкой 115 УК (причинение легкого вреда здоровью — МЗ). Сотрясение мозга, ЗЧМТ, перелом носа и лицевой кости — и легкая степень», — вспоминает Понкратов.

Не согласившись с таким решением, он обратился в прокуратуру. В надзорном ведомстве посчитали, что расследование не должен проводить сотрудник домодедовского управления МВД, поскольку его личная заинтересованность в сохранении хороших отношений с начальством повлияет «на полноту и объективность расследования уголовного дела». В начале ноября дело вернулось в Следственный комитет — на этот раз в управление на транспорте. По настоянию Понкратова следователь согласился назначить еще одну, комиссионную экспертизу при участии трех специалистов. Изучив медицинские документы потерпевшего и материалы уголовного дела, эксперты пришли к выводу, что полученные им травмы приводят к расстройству здоровья длительностью свыше трех недель, а значит, относятся к категории повреждений средней тяжести. Однако и это не помогло Понкратову возбудить уголовное дело в отношении своего начальника.

Экспертиза была окончена 20 января 2018 года, объясняет он, однако днем ранее Чернышов обратился в Мещанский районный суд Москвы. Он воспользовался лазейкой в УПК — по закону причинение вреда здоровью легкой тяжести относится к частному обвинению, а значит такие дела должны возбуждаться либо по заявлению пострадавшего, либо, если тот находится в беспомощном или зависимом от подозреваемого положении, по решению дознавателя. Однако, указал Чернышов, заявление Понкратова дало повод к проверке по статье о превышении полномочий, в то время как новое дело о легких телесных повреждениях дознаватель Катасанова возбудила формально по собственному решению.

В конце февраля — поскольку следователь СК не успел изучить заключение комиссионной экспертизы и переквалифицировать дело со статьи 115 на статью 112 УК — Мещанский суд с его доводами согласился. «При возбуждении уголовного дела в отношении Чернышова допущены нарушения процессуального закона, влекущие признание его незаконным и необоснованным. <...> Обжалуемое заявителем постановление является необоснованным и не основанным на нормах закона, а потому доводы заявителя подлежат удовлетворению», — решил суд и отменил постановление дознавателя из домодедовского отдела о возбуждении дела по статье 115. «Получилось, что меня никто не ознакомил с тем, что он подал жалобу в суд, и если бы меня не вызвали на очную ставку, то я вообще бы не узнал об этом. Из-за этого вышло, что сейчас Чернышов не является подозреваемым ни по одному делу», — сетует Понкратов.

Сам Понкратов не работает в органах внутренних дел с 14 сентября 2017 года. Согласно приказу о дисциплинарном взыскании, подписанному начальником линейного управления МВД в Домодедово, 13 апреля он пришел в кабинет Чернышова пьяным, стал выпрашивать отгул и, «не соблюдая субординацию», избил своего непосредственного начальника, тем самым нарушив статьи 1.1 (побои), 20.21 (появление в общественных местах в состоянии опьянения), 20.1 (мелкое хулиганство) и 7.17 (повреждение чужого имущества) КоАП, дисциплинарный устав органов внутренних дел и закон «О полиции». Обжаловать это решение Понкратов не стал. «Сначала я думал, что во всем разберутся, а теперь уже и не хочется как-то служить там», — объясняет он. Сейчас бывший полицейский — официально безработный, он перебивается случайными заработками и пытается добиться возбуждения уголовного дела в отношении Чернышова.

Его теперь уже супруга Наталья Королева была уволена двумя месяцами позже. По мнению начальника управления в Домодедово, на встрече с Чернышовым она тоже была пьяна — при этом какого-либо освидетельствования женщина не проходила. «В результате возникшего конфликта Королева самоустранилась и не приняла каких-либо мер по его избежанию, что, в свою очередь, свидетельствуют о создании ею компрометирующей ситуации, связанной с провоцированием Чернышова и Понкратова на конфликт. Данное обстоятельство также подтверждается фактом не принятия мер по предупреждению с ее стороны указанного конфликта», — говорится в материале служебной проверки. Королева продолжает пытаться обжаловать это решение в суде, но пока безуспешно.

Источник: Медиазона

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Опрос

Мнение

Что я думаю о социальной сети Gulagu.net, проекте против коррупции и пыток?

Бабушкин Андрей Владимирович

Бабушкин Андрей Владимирович

Член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, член ОНК Москвы

Социальная сеть  Gulagu.net  - наиболее авторитетный и эффективный негосударственный правозащитный ресурс.  Авторы постов и открытых писем не всегда бывают правы  и не всегда могут  проверить достоверность информации, однако  они всегда действуют в общественных интересах и пытаются помочь людям. Обижаться на Gulagu.net, если они бывают неправы, то же самое, что  ругать полицейского, который, задержав киллера при захвате, сломал ему щипчики для ногтей.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3439 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ