Москва Москва
13 января 2018, 12:36 нет комментариев

Начальник «Матросской тишины» дал показания в суде по поводу вип-камер

Поделиться

Эксперты считают, что руководитель СИЗО пытается угодить «и нашим, и вашим».

Начальник «Матросской Тишины» (это СИЗО в последнее время ассоциировалось только со скандалами) Владимир Клочек дал в пятницу, 12 января, в Мосгорсуде показания в качестве свидетеля по делу против его подчиненных. Формально дело рассматривает Преображенский суд, но из-за большого количества участников слушания проходят в главном городском храме правосудия.

На скамье подсудимых — бывший начальник оперотдела и простые оперативники, обвиняемые в вымогательстве денег со «сладких булочек» (так называли арестованных бизнесменов). Это предыдущий состав оперработников «Матросской Тишины». А нынешний, напомним, был уволен буквально на днях решением директора ФСИН России после скандала с вип-камерами.

Что за напасть случается с операми легендарного изолятора — выяснял «МК».

Начальник «Матросской тишины» дал показания в суде по поводу вип-камер

Фото: Михаил Ковалев

Начальник «Матросской Тишины», надо думать, за последнее время сам устал от скандалов. Ему то и дело приходится писать объяснительные, давать показания следователям. Каждый раз сам он остается в стороне от обвинений — «не был, не участвовал, не знал». На суде Клочек заметно волновался, был скован, часто переспрашивал, отвечал так тихо, что даже судья (она была ближе всего к нему) заметила, что ничего не может расслышать.

— Все они были хорошими работниками, к их службе претензий как руководитель не имел, — сказал Клочек, когда его попросили охарактеризовать подчиненных. Среди них — экс-начальник оперативного отдела СИЗО Михаил Захаров, старший оперативник Антон Девятаев, а также оперработники Валентин Базаев и Павел Петран. Все они обвиняются в вымогательстве (ст. 163 УК РФ) и превышении должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) — по версии следствия, в связке с криминальными элементами вымогали с богатых заключенных деньги. Рядом с бывшими тюремщиками на скамье подсудимых сидят криминальный авторитет Елдар Векуа и его девушка Фатима Найфонова.

Поразительно, но суть судебного заседания в точности напоминает нынешнюю недавнюю ситуацию в «Матроске». Прокурор то и дело их спрашивал, каким образом одни заключенные оказываются в хороших камерах, другие в плохих, кто отвечает за перевод из камеры в камеру, может ли арестант поменять «место жительства» в наказание за что-то и т.д.

— Если я не подписывал документ о переводе, значит, перевода не было, — говорит Клочек. И поправляется: — То есть перевод был незаконным.

— А кто мог без вашего ведома это сделать? — уточняет обвинитель.

— Не знаю...

Главного потерпевшего по этому делу Михаила Захарова (полного тезку экс-начальника оперотдела) переводили из нормальных камер в адские, чтобы он согласился заплатить «выкуп» в 10 миллионов. Ни в каких бумагах это не отражалось.

— Как мог авторитет Векуа звонить из спортзала СИЗО на мобильный телефон отца Захарова с угрозами? — уточняет один из адвокатов оперативников.

— Есть разрешенная и неразрешенная телефонная связь, — говорит Клочек. И наконец прямо отвечает: — Я ничего об этих звонках не знал.

В ходе заседания выяснились и любопытные детали в целом о деятельности СИЗО. Так, до 2016 года ни один сотрудник не подвергался досмотру, то есть мог пронести в изолятор что угодно. В следственных кабинетах устанавливались видеокамеры и прочие технические средства для оперативно-разыскных мероприятий. Делали это представители «определенных служб» (называть аббревиатуру «ФСБ» на протяжении всего процесса Клочек боялся). Из его показаний следовало, что он вообще мало что знал о «тайной жизни СИЗО» и думал, что все было «в рамках закона».

— Когда меня посадили в пресс-хату «Матросской Тишины», — рассказывает заключенный, известный гонщик и блогер Эрик Китуашвили, — я даже подумывал покончить с собой. Ощущение было, что из этого ужаса нет выхода. После обращения в ОНК меня привели в кабинет Клочека, мы разговаривали с ним. Но сложилось ощущение, что он вообще ничего не решает в этом бардаке.

— Клочек — интересный пример руководителя, который хочет уйти с линии огня, угодить «и нашим, и вашим», — пояснил на условиях анонимности тюремный эксперт «МК». — Он боится отказывать кураторам из спецслужб, что бы у него те ни попросили (даже если эти просьбы явно противозаконные). Он не ссорится с авторитетами и закрывает глаза на их «проделки». И те, и другие в итоге вытворяли в «Матросской Тишине», что им вздумается. Реальная власть была у них. Ну а оперативники как бы всегда были на подхвате и у тех, и у других. В итоге опера оказались единственными «стрелочниками».

Источник: MK.RU

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Опрос

Мнение

Можно ли бить людей (заключённых)?

Петер Оборн

Петер Оборн

Главный политический комментатор газеты "Тhe Daily Telegraph"

Избиение любого задержанного или осужденного абсолютно неприемлемо и является грубым нарушением их человеческих прав.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3445 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ